Испанский язык

Национальные варианты испанского языка и проблема языковой нормы



Проблема языковой вариативности является одной из актуальных тем современной социолингвистики. В отечественной лингвистике наибольший вклад в изучение проблемы языковой вариативности на материале испанского языка внес академик Г .В. Степанов, который предложил понятие «национальный вариант» – термин, характеризующий «формы национальной речи, которые не обнаруживают резких структурных расхождений, но вместе с тем приобретают автономию, поддерживаемую и осознаваемую в пределах каждой национальной общности» [Степанов 1976: 100].

В Большом Энциклопедическом Словаре можно найти следующее определение национального варианта: «Национальный вариант – термин, характеризующий способ существования и функционирования единиц национального языка и языковой системы в целом. Под этим термином понимаются особые социо-лингвистические объекты (или разновидности), в виде которых существует реально единый язык» [Ярцева В. Н. Большой Энциклопедический Словарь: 326]. Отталкиваясь от определения национального языка как высшей формы существования языка нации, национальный вариант языка можно охарактеризовать как форму сцществования единого национального языка в различных социумах, который, однако, выполняет те же функции, что и национальный язык, от которого данный вариант образован. При этом национальный вариант языка неизбежно вбирает в себя весь соционально-культурный колорит той нации, в рамках которой он существует.

С точки зрения лингвистического статуса, все латиноамериканские варианты испанского языка считаются «национальными вариантами», что подтверждается его рангом официального (государственного) языка в этих странах, наличием национальной литературной нормы на испанском языке, статусом родного для более 50% жителей, и выполнением им всех общественных функций. В связи с разнообразием национальных вариантов испанского языка в Латинской Америке встает вопрос о том, насколько специфичным является каждый из них, каково влияние языковых систем в рамках этого региона и по отношению к языковой норме Испании. Однако, перед тем, как приступить к рассмотрению того вопроса необходимо уточнить само понятие языковой нормы.

Как отмечает Л. П. Крысин, термин «норма» лингвисты используют в двух смыслах — широком и узком.

В широком смысле под нормой подразумевают такие средства и способы речи, которые стихийно, спонтанно формировались в течение многих веков и которые обычно отличают одну разновидность языка от других. Поэтому-то и можно говорить о норме применительно к территориальному диалекту.

В узком смысле норма — это результат кодификации языка. Разумеется, кодификация опирается на традицию существования языка в данном обществе, на какие-то неписаные, но общепринятые способы использования языковых средств. Но важно при этом, что кодификация — это целенаправленное упорядочение всего, что касается языка и его применения. Результаты кодифицирующей деятельности отражаются в нормативных словарях и грамматиках. Норма как результат кодификации неразрывно связана с понятием литературного языка, который иначе и называют нормированным, или кодифицированным [Крысин 2005].

 Для определения языковых стандартов испанского языка Испании сначала, как известно, ограничивались критерием использования разговорного языка в высшем обществе, регистр устной речи, принятый повсеместно за образец, принадлежал королевскому двору и монарху. Позднее данный критерий был изменен: устная языковая норма знати была вытеснена письменной литературной нормой – язык двора уступил место языку просветителей.  Испанский языковой стандарт утверждался на протяжении XVII – XVIII веков и сопровождался стилистическими разногласиями между защитниками "чистого" испанского языка и сторонниками его обогащения за счет французского языка и литературы. Испанский язык приобретает свой институционный статус с основанием Испанской Королевской Академии  в 1713 году.

Говоря об особенностях эволюции языковых норм испанского языка, становится очевидным достаточно рестриктивный характер испаноязычной супракультуры. Также отличается дальнейшая ее децентрализация на уровне лингвистического самосознания носителей языка Нового Света [Coseriu 1990]. Так, в эпоху колониального расцвета в XVI в. Испания не имела возможности проводить широкое внедрение какого-либо языкового стандарта на завоеванных территориях, так как не обладала таковыми. Кастильский диалект уже приобретает статус собственно испанского языка, однако внутри него самого не была еще выработана и не определена языковая норма [Rona 1958].

На территории Латинской Америки испанский язык являет собой вариант структурно единого испанского языка в совокупности его новых общенародных и местных диалектов и говоров. Литературная норма речи (главным образом устная) здесь географически дифференцирована в соответствии с национальными, государственными границами. Однако американская письменная речь, при всем ее сходстве с литературным языком Испании, не является, по мнению исследователей, абсолютно единой и монолитной [Степанов 1977: 30-31]. Языковую общность Латинской Америки отличает прежде всего отсутствие сколько-нибудь четко выраженной панамериканской нормы литературной речи. К важным факторам дифференциации испанского языка следует отнести ситуацию многоязычия, господствующего в большинстве латиноамериканских стран, где наблюдаются субстратные влияния местных индейских народов на официальный государственный испанский, а также определенное дифференцирующее влияние на американские варианты испанского языка со стороны проникавших сюда в процессе колонизации некоторых испанских диалектов [Там же]. Как своеобразие субстратно-суперстратных отношений на испаноамериканской почве рассматривается тот факт, что период так называемого "устранения" субстратных отклонений от языковой нормы суперстрата продолжается до сих пор во всех или почти всех странах Латинской Америки. Причиной тому, по мнению исследователей, является устойчивый билингвизм и сохранность местных индейских языков наряду с испанским [Степанов 1977: 30-31]. Интенсивность подобного процесса и его результаты различны в различных странах, что, собственно, и способствовало формированию современной языковой ситуации вариативности в странах Испаноамерики. Индейские языки не везде и не в равной степени оказывают воздействие на "суперстратный" испанский язык. Немаловажную роль в степени субстратного влияния играет характер языкового контакта. Известно, что шкала субстратных влияний начинается от нуля в крупнейших городах района Рио-де-ла-Платы, в Лиме, в Боготе, а также на Антильских островах и достигает максимума в обширных зонах двуязычия [Rosenblat 1962: 30-40].

Подобная неоднозначность языковых ситуаций связана, например, с насильственной колониальной политикой Испании, приведшей к поголовному истреблению туземного населения (Антильские острова), также с особенностями языковой политики в отдельных регионах Нового Света и ревностным охранением испанской языковой нормы в клерикальных и университетских кругах, тесно связанных с Испанией (Перу, Боливия). Немаловажное значение в данном случае имеют демографическая политика колонизаторов, поощрение метисизации, численное превосходство индейского населения над испанским, креольским, негритянским (Мексика), большая или меньшая степень интеграции одних этнических сред в другие (Чили, Парагвай), а также уровень ассимиляции исконных культур и устойчивость национально-этнического самовыражения. Со своей стороны, испанский язык оказал определенное влияние на индейские языки, что является подтверждением взаимодействия субстрата и суперстрата. Объясняют это тем фактом, что условия культурного и социального характера, сложившиеся в Америке, больше благоприятствовали влиянию испанского языка на туземные, чем наоборот.

Несколько менее значимым дифференцирующим фактором, чем субстрат, для образования вариативного пространства Латинской Америки признается неиспанская иммиграция (Уругвай, Аргентина). В этом случае речь идет об адстратном характере культур и возникновении двуязычия (испано-итальянского, испано-французского, испано-португальского), носящего общественный характер [Степанов 1976: 167-169].

Отмечая факт современной открытости и децентрализации испаноязычной супракультуры, следует подчеркнуть ту степень эволюции культурного сознания, при которой национальные и территориальные варианты испанского языка становятся одновременно символами независимости и национально-культурной самобытности для народов бывших колоний. Подобное обретение лингвокультурного самосознания и национально-этнической идентификации получило наибольшее развитие в испаноязычной Америке в первой половине XIX века.

Таким образом, историко-культурную эволюцию испаноязычного сообщества в полной мере характеризуют два основных этапа. На первом из них, в эпоху колониального раздела мира, Испания выступает носителем супракультуры с явно выраженными центростремительными тенденциями, основанными на литературном наследии эпохи Классицизма и Просвещения. Второй этап дает начало децентрализации в русле той же супракультуры. Этот процесс в ареале испанофонии приходится на начало XIX столетия. В испаноязычном сообществе модель правильного литературного языка, так называемая "habla culta" – попытка создания образца формальностей, письменной нормы чилийского языка (национального варианта испанского языка Чили) без отрыва от основной языковой системы испанской супракультуры явилось своего рода промежуточным звеном между центростремительной и центробежной тенденциями на пути к децентрализации испаноязычной супракультуры.

Немаловажным в аспекте исследуемой проблемы представляется психолингвистический статус испанского языка. Так, в Латинской Америке испанский язык является прежде всего родным, основным языком, испанизация индейского населения обретает все большие масштабы.

 

Национальная вариативность испанского языка Латинской Америки представляет собой сложноструктурированную систему, в которой, с одной стороны, каждый национальный вариант имеет свою собственную форму существования и функционирования, а, с другой, все национальные варианты Латинской Америки имеют некую общность, которую можно так же противопоставить пиренейскому нормированному испанскому языку. Нормы национального варианта Латинской Америки и пиренейская норма испанского языка также не являются абсолютно идентичными.

Процессы, отличные по своей природе от пиренейского варианта испанского языка, происходящие в испанском языке Латинской Америки, в связи с частотой и широтой своего протекания, имеют тенденцию перехода и закрепления в норме.



< Назад на главную